О безумии, в её жизни: «Это безумие! Как только кто-то узнает, где я буду находится, то все летит к черту. Сразу появляются какие то люди. И фотографы, они злые. Они, как бандиты. Я не хочу, чтобы они присутствовали на каждом событии, но они меня выслеживают. Это чертовски опасно.
Про разглашение ее конфиденциальной информации: «Кто-то постучал в дверь моего номера и попросил огня, а затем сказал, что он очень большой мой поклонник. Я подумала и сказала: « А вам действительно нужно чтобы я зажгла вашу сигарету? Как вы узнали что я нахожусь в этом номере? Я хочу побыть одно, но не могу. Мне нравится быть одной.
О публичной критике: «Я думаю, что это смешно, что когда я выхожу на сцену, чтобы сказать что-либо, они думают, что я нервничаю, мне неудобно, наверно в этом есть доля правды только это почему то для них плохо».
О поведении на красной дорожке: «Говорят, что я несчастна все время. Не то чтобы я несчастна, просто когда на меня кричат ... Я буквально, сдерживаю себя чтобы не расплакаться... Это физическая реакция на ту энергию, которую бросили в тебя».
Про Эдварда против Иакова: «Я никогда не унижаюсь до того обсуждать мои отношения с ними. Люди говорят: «Просто скажи, с кем ты и тогда люди перестанут быть столь назойливым в этом вопросе.» Но нет, они все равно будут просить специфических подробностей».